22 Февраля 24, 07:22
Новости, Интервью
22 Августа 2022, 09:05

Уроженка Тверской области составила генеалогическое древо до 1680 года

Уроженка города Кашин Ольга Гинзбург, в девичестве Иванова, уже более пяти лет составляет генеалогическое древо своей семьи – уроженцев села Верхняя Троица и ещё нескольких деревень в Кашинском районе Тверской области. В процессе погружения в архивы она сделала для себя множество удивительных открытий, например, нашла в числе дальних родственников Михаила Ивановича Калинина – всесоюзного старосту, политического деятеля, в честь которого в советское время переименовывали Тверь. Но это лишь капля в море интересных фактов и исторических зарисовок, которые открылись нашей землячке в процессе изучения линий предков.

Интерес к генеалогии

Как рассказывает Ольга Гинзбург, она слышала о составлении генеалогического древа с детства. Этим занимался ее двоюродный дядя. Страсть к изучению корней передалась ей именно от него. Дядя же, в свою очередь, унаследовал интерес от своего отца – двоюродного дедушки Ольги.

- Будучи маленьким ребёнком, я слышала, как взрослые расспрашивали бабушку о предках. Мой дядя передал мне большое количество материалов: те, которые он когда-то сам собрал и те, которые собрал его отец. Один из моих предков (двоюродный дед) вел дневниковые записи о жизни в Верхней Троице, позже, когда он стал студентом, о жизни в Москве. Дневниковые записи, охватывающие период с 1920 по 1950 гг., а это три общие тетради, тоже передали мне. Вся эта информация послужила отправной точкой в моих дальнейших исследованиях. Когда я родила собственного сына, я поняла, что хотела бы, чтобы мой ребёнок так же, как и я, с младых ногтей знал, кто его предки, и чувствовал, что в семье имеется интерес к корням.

Отрывок из дневника двоюродного деда Ольги (запись от 4 марта 1937 года).

Как три Ивана Семёновича стали причиной создания базы данных по целой деревне

В руки Ольги передали собранные данные по предкам одной из четырех ветвей семьи вплоть до 1840 года рождения. Она решила восстановить генеалогическое древо по всем ветвям для своего сына. И начала с изучения информации в архивах. Предки по линии отца Ольги жили на приграничных территориях между Тверской и Ярославской губерниями. В 1922 году в состав Кашинского уезда вошла Васильковская волость Мышкинского уезда. Ольга изучала метрические записи, ревизские сказки и другие документы в Государственном архиве Ярославской области и в Государственном архиве Тверской области.

Тверской архив только начал выкладывать оцифрованные данные, Ярославский в этом плане оказался более прогрессивным, и процесс оцифровки начал раньше, соответственно, больше данных там уже доступно онлайн.

- Я изучала метрические записи по всем своим предкам. Начала с деревни Заручье, родины моих прабабушки и прадеда по отцовской линии. Сейчас этой деревни не существует, это нынешний Кашинский район, а когда-то был Мышкинский уезд Ярославской губернии. Я не сразу смогла разобраться кто есть кто, потому что фамилии у крепостных крестьян в церковных документах не указывались. И я в какой-то момент запуталась.

У одного моего предка по прабабушке был полный тёзка – родной брат. И имя совпадало, и отчество, потому что раньше называли детей преимущественно по святцам и очень часто бывало, что в семье росли, например, Иван Большой и Иван Малой, Иван I и Иван II, или Иван Старшой и Меньшой.

У меня такой же был случай, и я не сразу поняла, кто есть кто в семье, но потом разобралась, что это два родных брата. Плюс имена были распространённые, повторяющиеся. Например, жил также в деревне Заручье мой прадед Иван Семёнович, и поиски осложнились тем, что помимо него в деревне проживало еще два Ивана Семеновича, то есть всего три. И я в какой-то момент опять запуталась, кто из них мой прадед. Поэтому я решила, что я сделаю полностью базу данных по этой деревне (то есть выписала на основе метрик всех рожденных, вступавших в брак и умерших в этой деревне, также обработала ревизские сказки и исповедные ведомости), чтобы мне потом в спорных и непонятных случаях не пересматривать несколько томов по несколько тысяч страниц. А почерк дьячков не всегда легко читается.

Ольга объясняет, что такая практика – не редкость. Многие исследователи поступают также. Энтузиасты в поисках своих корней перерабатывают огромные объёмы информации и размещают её в открытом доступе, чтобы облегчить такой же труд "коллегам". Многому Ольга научилась у таких же исследователей, как она. Они общаются и обмениваются знаниями на Всероссийском генеалогическом форуме. Ольга тоже выложила результаты своих изысканий. И даже нашла таким образом дальних родственников.

- Нашлись люди, у которых предки из тех же деревень, что и у меня, и теперь мы общаемся с некоторыми из них. 

Помимо деревни Заручье, базу данных о рождениях, венчаниях и смертях Ольга составила по деревне Верхняя Троица. Там родился Михаил Иванович Калинин. Оказалось, что у исследовательницы есть с ним общий предок, Иван Прокофьев, рожденный в 1705 году. 

Помощь в сборе материалов по Верхней Троице оказал кашинский краевед Валерий Леонидович Фомин, который создал и развивает небольшой музей в деревне Славкове. Официальное название "Краеведческая экспозиция при Славковской сельской библиотеке, филиале МУК "Кашинская ЦБС"" Музей истории Славковской волости. Валерий Леонидович помог собрать публикации о жизни и быте деревни Верхняя Троица, найти изданные воспоминания прадеда Ольги о родном крае и всесоюзном старосте. 

- Музейные работники, местные краеведы собирают и бережно хранят память о предках. Когда я к ним обратилась, со мной большим количеством сведений поделился местный хранитель старины Валерий Леонидович Фомин. Он полностью сам создал музейную экспозицию при библиотеке, собирал разные артефакты, предметы старины с окрестных деревень в Кашинском районе. Он мне очень помог. У него обширное собрание по крестьянскому быту, ценность музея-экспозиции в его самобытности, непохожести на другие, - делится впечатлениями исследовательница.

Фамилии крестьян и причины смертей

Крестьяне, помещичьи или государственные (монастырские/экономические), не переезжали. У них не было фамилий, разве что "уличное прозвище", иначе как еще различить трех Иванов Семеновичей в одной деревне. Много русских фамилий, которые примерно после 1914 года стали указывать в официальных документах, произошло от прозвищ: оно могло образоваться по имени отца, деда или прадеда (Тарасов, Иванов в случае Ольги) или по метко подмеченным односельчанами особенностям внешности или характера  (Лысаниха, Свистуниха, Пятниха – известные Ольге прозвища жителей в Верхней Троице). Но не всегда фамилия сразу устанавливалась. Один из прадедов Ольги в разных документах значился как Иванов, Семёнов и Красилов.

 – В метриках по Верхней Троице раньше, чем у остальных встречаются фамилии только у военных, служивых. У моих предков, особенно, если смотреть 18 век, фамилии нет, только имя и отчество.

Чем больше Ольга занимается изучением родовых линий, тем больше этим проникается. Истории семей, разворачивающиеся перед глазами исследователя, завораживают и не отпускают.

- Я иногда не могу лечь спать, пока не узнаю, каким образом сложилась судьба той или иной семьи. Потому что даже по тем небольшим фактам, которые я видела в метриках: рождения, свадьба, смерть, состав семьи – если мы говорим о таком документе, как исповедные ведомости, все равно как-то можно проследить жизнь. Нередко, когда были эпидемии, в семье могло умереть сразу несколько человек, например, у одного из моих предков в течение одного месяца умерли три ребёнка от кори. Я просидела ночь над архивами, не спала, пока не пролистала несколько десятилетий вперёд и не увидела, как у этой семьи сложилась жизнь в дальнейшем.

Ольга говорит, что читать историю страны в учебнике и прочувствовать её, изучая предков, – два разных уровня понимания. Вроде бы знаешь всё и об уровне медицины, и о смертности, но, когда перед твоими глазами летопись твоей семьи, всё воспринимается острее и ближе.

- Умирало огромное количество детей, большое количество молодых женщин в родах. В нашей семье было несколько таких случаев. Дети умирали от кори, кишечных инфекций. Если смотреть метрические книги, то одна из самых частых причин смертности детей – банальный понос. Меня это удивило. Много смертей от "испанки".

Ольга говорит, что можно проследить, как семьи из разных деревень дружили и роднились, сочетая браком детей. В те времена, как только детям исполнялось 17-18 лет, им подбирали пару и играли свадьбу.

  – Например, можно увидеть, что у моей прабабушки в крестных были люди из определённой семьи и потом в будущем её выдадут замуж за одного из родственников её крёстной.

Продолжительность жизни была короткая. Далеко не все доживали до 50 лет. Как уже говорилось, женщины часто умирали в родах. Необычные причины смерти, которые запомнились Ольге: "задрали волки", "лягнула лошадь", "от громовых ударов", "от солитёра". Уже в 19 веке попадаются и смерти от онкологии.

Почему крестьянские линии легче отследить

Предки Ольги жили оседло. Именно потому, что крестьянам было запрещено перемещаться. Даже отмена крепостного права на образ жизни родственников исследовательницы повлияла мало.

- Благодаря этому я смогла так далеко "копнуть". Например, когда я начала искать предков своего мужа – там целый детектив. Они жили не оседло, кроме того, во время Великой отечественной войны много документов было утрачено, поэтому очень сложно хоть что-то найти. После отмены крепостного права из моих предков никто не уезжал, они как были, так и остались на месте. Мне встретились два случая перемещения предков. В одном случае помещичьи крестьяне были переведены из одной деревни в другую, но принадлежащую тому же помещику; в другом – семья монастырского крестьянина переехала жить в Верхнюю Троицу в 1811 году. Как я понимаю, это было не желание главы семьи, а желание монастыря. А вот откуда мой 6 раз прадед приехал – я пока не могу вычислить. В то время простого желания взять и уехать куда-то было недостаточно. Ближе ко времени революции 1917 года уже можно увидеть в числе жителей и людей прихода приезжих. В начале 20 века были приезжие из Украины, скорее всего, это было связано с гражданской войной. Но это единичные случаи. 

1680 год – не предел

Ольга составила базы данных по деревням Заручье, Холстово и Верхняя Троица Тверской области. 

- Я по одной своей ветви дошла до 1680, года рождения самого раннего из известных мне на сегодняшний момент предка, 8 раз прадеда в Верхней Троице. На тот момент там было 8 домов. И это не финальная точка, потому что я ещё работаю. 

Исследовательница изучает ещё несколько деревень. Например, родину прабабушки – деревни Сотницы и Константиново некогда Корчевского уезда Тверской губернии. Обе деревни относились к приходу села Лосево. Периодически Ольга Гинзбург переключается на поиски в других местах, если её об этом просят друзья.

- Чем дальше уходишь вглубь веков, тем большее количество родственников. И надо понимать, что известная формула: второе поколение – 2 человека, третье – 4 человека, четвертое – 8, пятое – 16, шестое – 32, седьмое – 64 и так далее не всегда работает. Какие-то линии 8-10-11 колена начинают в некоторых местах пересекаться. Потому что крепостные жили примерно в одной местности, рядом, соответственно какие-то предки по разным линиям могут совпадать. До 1700, 1730-40-х годов я дошла по всем линиям, и в этом ничего особенно сложного нет. Любой человек, если задастся такой целью, может это сделать.

Ольга говорит, что новые знания коренным образом на её мировоззрение не повлияли.

- У меня уже были осознанность и понимание, что это нужно знать и изучать. Спроси сейчас у молодых людей, знают ли они хотя бы своих прабабушек и прадедушек, мало кто вам всех назовёт. А это не справедливо. Мы должны не только бабушек и прабабушек знать, а гораздо глубже, - убеждена исследовательница.

Подпишись на наш Telegram-канал
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter Мы на связи WhatsApp +79201501000
вверх