25 Апреля 24, 03:51
Новости, Общество
10 Мая 2013, 12:31

В Тверской области живет единственный полный кавалер ордена Славы Иван Андреевич Рулев

В Тверской области уже нет в живых ни одного Героя Советского Союза. А из полных кавалеров ордена Славы – только один: Иван Андреевич Рулев. Его три степени ордена приравнены к Золотой Звезде Героя Советского Союза, так что ветеран из Конаково – последний здравствующий герой на Тверской земле.

Фронтовик, попыхивая сигареткой, помахал рукой из лоджии: «Заходите!» Дверь на этаже была предусмотрительно приоткрыта. Хозяин представился будто ровне: «Иван». Не хватило добавки:  крестьянский сын. Потом выяснилось, что так оно и есть.

Иван Андреевич живет вдовцом, но по двухкомнатной квартире не скажешь, что ветеран один: чисто, чинно, благородно. В 88 лет соблюдать порядок в жилище кому-то уже невмоготу, но Иван Андреевич в форме: «Три года назад каждый день квартиру прибирал, а сейчас раз в три дня. Собираюсь ремонт делать ближе к лету». Правда, готовку он возложил на сына, который варит еду отцу сразу на неделю.

Дом, где живет ветеран, на берегу Волги, – место, изумительное по красоте. Подозреваю, что Иван Андреевич из окна спальни обозревает заволжские дали для умиротворения души и поднятия настроения, но кто ж в этом признается… Глубоко личное, потайное, не для открытия стороннему человеку.

Сторонний человек подивился бравому виду хозяина квартиры. В таком возрасте в лучшем случае сидят в мягких креслах с лекарствами под рукой. А у Рулева даже никаких признаков лекарственных препаратов не наблюдается. «Так я ж сызмальства спортом занимался, значкистом был – ГТО, ОСОАВИАХИМ. До войны в деревне чуть ли не сутками напролет работали – мускулы наращивали».

Закончил в школе семилетку, а тут война. Все комсомольцы в первых рядах рванулись в военкомат. По возрасту парнишку не взяли ни в армию, ни в партизаны, отправили на трудовой фронт. За двадцать дней на машинно-тракторной станции (МТС) обучили работе на тракторе – и на уборку урожая. Обязательными в распорядке дня были занятия по самообороне: фронт приближался со дня на день. Приходилось перегонять скот через канал Москва – Волга, в Кашинский район переправлять технику. На ледяной переправе два трактора ушли под лед. Втроем достали, отремонтировали. Ваня помог успешному окончанию весеннего сева 1942 года, уборке урожая. В декабре добровольцем пошел в армию.

Кто-то не явился по повестке, меня вместо него, не спрашивая возраста, поставили в строй.

Учили военному делу в Поволжье, потом – на формирование в Кубинку под Москвой. К тому времени немцев разгромили под Орлом и Курском. Начал свою войну Иван Рулев после жестокого поражения захватчиков под Прохоровкой, как он сам выразился, «послали добивать». Дальше Харьков, Полтава, Кременчуг. Почти все время в наступлении, это добавляло победного азарта. Из ярчайших воспоминаний – попытка окружения южной группы немецких войск. Кольцо замкнуть не удалось. Самые большие потери наши несли с воздуха: штурмовики и бомбардировщики утюжили советские войска в степи до невыносимой жестокости.

В нашей бригаде было более трех тысяч человек, осталось примерно 250.

Ветеран вспоминает войну, будто вчерашний день. Помнит имена и фамилии погибших товарищей, как навечно заученные. По месяцам восстанавливает путь своего мотопехотного соединения до окончательной победы. Кировоград, Минск, польские города,  бои под Варшавой, путь на Кенигсберг, встреча с войсками 1-го Белорусского фронта под Данцигом. Кровопролитнейшие бои, после которых можно было ходить буквально по трупам.

Удалось поучаствовать в Берлинской операции, но столицу рейха прошли севернее по направлению на Гамбург. В пылу восторженного наступления попали в зону военных действий союзников. Приказ остановить смелый поход на Запад был получен через пять дней после капитуляции Германии.

В поверженной стране Иван Рулев до ноября 1945 года выполнял особо важное задание: участвовал в поиске секретной техники, важного оборудования.

Пошел по служебной военной лестнице. Сначала сдавал экзамены за среднюю школу, потом – авиационное училище в Риге, после его окончания – на комсомольской и партийной работе в Качинском летном училище, затем в Борисоглебском.

Помотало фронтовика по городам и весям. В Новосибирске в ожидании места службы с женой и сыном месяц жил на вокзале, пригрозил начальству, что уйдет на гражданку. В архиве Сибирского военного округа, куда был определен на службу как неустроенный, его отыскал строгий полковник, пригрозивший трибуналом. Оказалось, разыскивают его, давно записав в УНР – управление начальника работ. Строило УНР объекты особой важности. Так старший лейтенант Рулев тесно приобщился к строительству.

– Наш 47-й стройтрест после войны строил будущее Красноярска: заводы, в том числе подземный, базы, склады, котельные. Исхитрялись идти на риск. Как-то не могли докопаться до нулевой отметки, попали на старое русло Енисея. В отчаянии стали заливать бетон в жижу. Когда сдавали объект, нужны подписи. Начальник строительства мне говорит: «Я десять лет уже отсидел, теперь давай вместе на отсидку, если что». На свой страх и риск оставили автографы под актом приемки. За 19 лет, что я там пробыл, наша стройка не шелохнулась, а там труба – 180 метров. Рисковать надо, когда убежден, что риск может быть оправдан. Научился этому на фронте – там каждый день рискуешь собственной жизнью.

Послевоенная служба Ивана Рулева – сплошная география: объехал все крупные города Сибири, был в Якутии, служил на Семипалатинском полигоне, где проводились испытания атомного оружия.

В общем, ушел на военную службу рядовым необученным, а завершил карьеру полковником.

Что удивительно: на войне даже ранен не был, только легко контужен.

Таких выносливых, здоровых, обстрелянных и знаменитых ветеранов в свое время приглашали в дальние походы. Иван Андреевич участвовал в советско-американском походе Одесса – Москва. Заново прошел своей фронтовой дорогой, кланялся каждой братской могиле, в которой лежали однополчане. Американцы, расспросив ветерана, приняли решение: каждое утро начинать с минуты молчания в память о погибших советских воинах. У полковника было ощущение, будто еще одну награду получил.

О наградах боевых. Первая – орден Красной Звезды, полученный в 1943 году. Тогда младший сержант Рулев был командиром отделения взвода связи. Орден Славы получал, как в сказке, в 1945 году. В феврале – орден третьей степени, через три месяца – второй, а потом еще раз – третьей. Что-то «наверху» напутали, жил орденоносец с двумя одинаковыми степенями до 1963 года. Только тогда заменили, и стал наш Иван Андреевич полным кавалером ордена Славы – трех степеней. Еще у него медали «За взятие Кенигсберга», естественно, «За победу над Германией».

Однако когда ветеран стал позировать в парадном пиджаке, то обнаружились еще две медали «За боевые заслуги». Они за послевоенные заслуги.

На рядовой вопрос: какая из наград ценнее, фронтовик мудро ответил, что для него они одинаковы:

– Все достались в ужасных условиях боя.

Ужаснее боя был для ветерана страх отстать от боевого порядка, пропасть без вести или быть убитым без свидетелей. На войне надо было выжить. Иван Андреевич мечтал увидеть результаты нашей Победы. На нем лежал и огромный груз ответственности за самых близких – трех младших сестер, оставшихся без родителей. Мать умерла, когда старшему, Ване, было восемь лет, отец пропал без вести. Много позже, уже став взрослыми, дети узнали, что он погиб в немецком плену.

– Я не отправил сестренок в детский дом, поэтому во что бы то ни стало должен был поставить их на ноги.

У каждого о войне свои воспоминания, своя правда, свои подробности, которые в устах некоторых ветеранов обрастают прямо-таки фантастическими преувеличениями. Иван Андреевич ни словом не обмолвился о личных подвигах, считая подвиги общей фронтовой работой. Зато о друзьях-товарищах может говорить бесконечно.

Я знаю, никакой моей вины

В том, что другие не пришли с войны.

В том, что они – кто старше, кто моложе –

Остались там, и не о том же речь,

Что я их мог, но не сумел сберечь, –

Речь не о том, но все же, все же, все же…

Так сказал о братьях по оружию Александр Твардовский. Иван Рулев подписался бы под этими стихами кровью.

Он пять раз был приглашен гостем на парады Победы на Красной площади. До недавнего времени более 200 раз в году выступал перед молодежью с патриотическими речами.

– Сейчас стало меньше ребятишек, идущих гурьбой за знакомым ветераном, но равнодушных еще нет, интерес к подвигу нашего народа не потерян. Но чувство патриотизма должно быть поднято до времен моей военной молодости. Родина для нашего народа всегда была одна: при царе, при советской власти, в нынешние времена. Может меняться только ее могущество, сплочение нации, качество жизни.

При этих словах ветеран заволновался. Вышел в лоджию, оглядел перспективу, заговорил о накипевшем, что на душе у каждого ветерана: коррупции, отсутствии хозяина на земле, разорении собственных производств, спекуляции землей, пустых обещаниях, падении нравственности. Примеры: разорение Конаковского фаянсового завода, продукцию которого покупали 28 стран мира, Конаковская ГРЭС под управлением итальянской фирмы…

Фронтовую фотографию Иван Андреевич так и не нашел.

Одна где-то затерялась, да и вообще на войне фотографироваться некогда.

Перед прощанием ветеран завел на кухню, налил не фронтовые 100 граммов, а 50 гостю и себе – 25. Тост за полного кавалера ордена Славы прервал:

– Давай за всех тех, кого с нами уже нет и кому мы обязаны всем.

Поделился главной мечтой: обязательно дожить до 70-летия Великой Победы. В 2015 году Ивану Андреевичу Рулеву будет всего-то 90! Какие это годы для геройского фронтовика! Кстати, родился он 8 марта, чем законно гордится, потому что получает поздравления в один день с женщинами.

Материал информационного портала Конаковского района

Подпишись на наш Telegram-канал
Если вы нашли ошибку, пожалуйста, выделите фрагмент текста и нажмите Ctrl+Enter Мы на связи WhatsApp +79201501000
вверх